Маған жақсы мұғалім бәрінен де артық, өйткені мұғалім мектептің жүрегі!
Республикалық апталық газеті

К. Бурханов: «ОТМАХНУТЬСЯ ОТ ИДЕОЛОГИИ НЕ ПОЛУЧИТСЯ»


22 мая 2014, 10:45 | 1 605 просмотров



Казахстанцы должны сохранить свою культуру и не поддаваться влиянию чуждой нам идеологии других стран, считает депутат мажилиса парламента, доктор политических наук, профессор Камал Бурханов. В бе¬седе со «Свободой Слова» он высказал свое мнение о религии, хиджабах, бороде и толерантности.

Камал Низамович, вам не кажется, что война не закончилась в 1945-м и в мире по- прежнему идет борьба идеологий, инфор¬мационная война – битва за наши лучшие умы и за умы нашей молодежи?..

– Великая Отечественная вой¬на закон¬чилась, а вот информационные войны всег¬да были, есть и будут. Будет печально, если кто-то решит, что в этом вопросе можно, как страусу, засунуть голову в песок и таким об¬разом забыть об идеологии. Иногда идеоло¬гическая борьба принимает острые формы, порой проявляется сквозь призму религии или социальные проблемы. К примеру, когда-то она выразила себя через противостояние со¬циалистического и капиталистического лагеря – тогда шла борьба не только военная, полити¬ческая, но и идеологическая.

А возьмите хотя бы так активно сегодня об¬суждаемые однополые браки. В прошлом году в Санкт-Петербурге я участвовал во встрече депутатов Парламентской Ассамблеи Совета Европы и Межпарламентской Ассамблеи СНГ (МПА), которые целых два дня (!) вели оже¬сточенные дискуссии по поводу разрешения однополых браков в России и других стран СНГ. Депутаты МПА говорят: у нас менталитет другой, религия против этого, а европейские коллеги доказывают обратное. Но ведь и за вопросом по однополым бракам стояла иде¬ология, история. Европа признает вертикаль: на первом месте стоят права человека, потом общества и только потом – государства, а мы говорим, что у нас горизонталь, то есть долж¬на существовать гармония прав индивида, общества и государства.

Поэтому и в мирное время отмахнуться от идеологии, как от назойливой мухи, не полу¬чится. Конечно, меня беспокоит, когда нам пытаются навязать демократию в западном ее понимании, включая однополые браки, и мы видим ее плоды в виде всеобщей вседоз¬воленности. Я убежден, что мы должны идти своим путем.

Видите ли вы в Казахстане проявления арабизации?

– Нет. Но есть попытки внед¬рить в наше общество религию чистого ислама, хотя на са¬мом деле ислам – это огромный мир, это 1,5 миллиарда людей по всей планете, и у каждо¬го народа свои особенности. Ислам – огромное мировоззренческое пространство, поэтому тут говорить о чистоте сложно, у каждого свое по-нимание. К сожалению, вместе с пропагандой так называемого чистого ислама идет пропа¬ганда одежды: мужчины ходят в коротких шта¬нишках, на босу ногу, отпускают бороды. Да, наши предки тоже носили бороды, к примеру, хан Абылай, батыры, мыслитель Абай, но это была всего лишь мода того времени. Наши мужчины всегда одевались не в национальную арабскую одежду, а в свою, казахскую. Они питались своей пищей – ели конину, которую арабы считают запретной, наши женщины но¬сили национальные костюмы. Ведь одежда никакого отношения к религии не имеет, это просто составляющая культуры того или ино¬го народа. Человек выражает любовь, веру в бога через сердце, а не через одежду.

В этом плане мы должны брать пример у таких стран, как Япония, Южная Корея, Син¬гапур, которые сохранили свою традиционную культуру – питание, язык, традиции, историю и вместе с тем не отстают от реалий сегодняш¬него времени, развивают высокие технологии и одеваются со вкусом и современно.

Самая большая мусульманская страна в мире – Индонезия, местное мужское населе¬ние которой не имеет густой растительности на лице, но это вовсе не означает, что они не мусульмане. Кто сказал, что через бороду верят в бога? У Карла Маркса была шикарная борода, но он не был мусульманином. Я, на¬пример, тоже когда-то носил бороду, но это не значит, что тогда я был больше мусульмани¬ном, чем сейчас.

Кстати, мусульманские богословы ведут се¬рьезные дискуссии по поводу чистоты ислама, – многие известные ученые говорят о том, что Коран сегодня изучен всего лишь на 10%, 90% его смысловой нагрузки ученым еще предсто¬ит изучить. Теологи считают, что в Коране есть канонические суры и суры ситуационные, ко¬торые давались в зависимости от той или иной ситуации, явно изменившейся сегодня.

Как вы относитесь к просьбе некоторых родителей разрешить их детям носить хид¬жабы в школах?

– Я против хиджабов. Школы должны быть светскими. Наши дети должны одеваться со¬временно, красиво, удобно и не обязательно дорого, быть умными, талантливыми и тру¬долюбивыми, законопослушными. Религиоз¬ная одежда есть у попа, муллы, буддийского монаха, но все остальное, это культура, а не религия.

Каким было отношение к женщинам в ка¬захском обществе в давние времена?

– Казахские женщины никогда не носили хиджабы, мужчины всегда были в брюках. Кстати, европейцы раньше носили юбки, но¬сить брюки их научили наши великие предки – гунны, которые в свое время пришли в Европу. И то, что в Шотландии до их пор носят килты, так это из-за того, что кони наших предков не смогли пересечь Ла-Манш.

Все наши девушки всегда ездили на лоша¬дях. Если бы казахские женщины носили хид¬жабы, то они и ишака не смогли бы оседлать.

Женщина в казахском обществе никогда не была униженной и не носила статус стра¬далицы, как, например, на арабском Востоке. Женщина у нас была равноправной, она всег¬да почиталась как женщина-мать, дочь, сестра и жена – хранительница домашнего очага. Вспомните нашу знаменитую правительницу Томирис! Казахская женщина никогда не за¬нимала рабского положения, у нее были торт кун (символические четыре дня для возмож¬ности посетить своих родственников), то есть она была дочерью своего рода, племени, за нее всегда могли вступиться ее родственники.

Наши женщины были той золотой арма¬турой, с помощью которой цементировалось единство казахского общества, казахского этноса. Все казахские мужчины принадле¬жали своему роду, жузу. У казахов издревле существовал обычай, а хан Касым узаконил в своем четвертом законе, называвшимся «Жұртшылық», что до седьмого колена ни один мужчина не имел права взять в жены род¬ственницу. Поэтому через женщин все роды и жузы были связаны друг с другом. У мужчины мать могла быть одного рода, жена – другого, дочери выходили замуж за третий род, сестры – за четвертый и так далее. Таким образом мы, мужчины, через наших матерей, жен, до¬черей, сестер были привязаны к единому эт¬носу – казах. Это на Востоке за женщину пла¬тили калым и она становилась собственностью мужа, находилась в униженном положении, никогда не имела права общаться со своими родственниками. У нас же калым напоминал подарки новой родне; родственники женщины всегда были с ней на связи и при необходимо¬сти приходили на помощь.

Как видим, роль женщины в казахском обществе всегда была высокой. Поэтому мы не должны идти на поводу идеологов других стран, где женщины не имеют права садиться за руль, за один стол с мужчинами, должны ходить с покрытой головой и тому подобное.

Вы говорили, что издревле в казахской степи было толерантное отношение к раз¬личным религиям…

– До прихода ислама в казахской степи, где существовала целая оседло-земледельческая цивилизация, в одном и том же городе могли находиться сразу несколько храмов – зороа¬стрийский, буддийский, манихейский, христи¬анский несторианского толка, и никто никому не мешал. Поэтому у нас толерантность в кро¬ви, она нам передана генетически. На этом базируется и политика нашего государства: каждый имеет право молиться своему богу, но при этом никто никому не должен мешать, вмешиваться в чужие дела.

Конечно, настораживает появление в Казах¬стане нетрадиционных религиозных течений, групп, которые во многих странах объявлены деструктивными. На мой взгляд, мы должны присоединиться к такой позиции. Если, попав в такую группу, наши граждане не хотят петь гимн нашего государства, не признают нашу Конституцию, значит, они не признают и наше государство – в таком случае почему наше го¬сударство должно их признавать своими граж¬данами? Они должны быть лишены граждан¬ства Республики Казахстан.

Ранее вы приводили в пример Японию, где все религии подчиняются государству вплоть до сдачи финансовой отчетности и плана проведенных мероприятий. На¬сколько подобный подход применим к Ка¬захстану?

– Такая практика распространена во многих странах мира, например во Франции, Италии, Норвегии, Турции, где существует система конкордата – договоренности государства и религии, согласно которой они тесно сотрудни¬чают друг с другом. Во Франции руководителя одной общины назначает президент, другой – премьер-министр, третьей – спикер парла¬мента. Государство помогает этим общинам финансово, а они потом представляют полный отчет, куда потратили эти деньги, какие меро¬приятия провели.

В Казахстане за последние годы построили много мечетей, но кто их будет содержать? Содержать-то некому. Хотя каждой мечети не¬обходимо платить за комуслуги, не говоря уже о заработной плате сотрудников. Пожертвова¬ния в селах не сравнить с городскими – они не позволяют покрыть все расходы. Поэтому там и появляются люди, которые начинают вести проповеди, о содержании которых мы можем только догадываться ввиду того, что многие мечети бесхозные. В этой связи неплохо было бы изучить положительный опыт сотрудниче¬ства религиозных общин с государством в вы¬шеуказанных странах.

Автор:
Асель КЕРЕЙ